Из Четвёртой тетради. 1994

Ещё задолго до путешествия я был радостно удивлён близостью собственных мыслей о добре и зле со взглядами гуманиста лауреата Нобелевской премии мира Альберта Швейцера. Выводы, к которым я самостоятельно пришёл после долгих раздумий, звучали так: абсолютное добро — это всё, что способствует сохранению и развитию жизни, абсолютное зло — всё, что сохранению и развитию жизни препятствует.

Практически те же слова я нашел у Швейцера, когда смог познакомиться с его философскими трудами. Этот уникальный человек был музыкантом с мировым именем, музыковедом, автором одной из лучших монографий о Бахе, теологом и философом. На вершине своего жизненного успеха он пришёл к мысли, что настала пора служить людям и отдавать жизни то, что получил от неё раньше.

Швейцер выбрал медицину как наиболее действенный способ служения. Получив медицинское образование, на собственные средства основал в джунглях Африки госпиталь, где лечил всех, не делая различия между белыми и чёрными, богатыми и бедными, христианами и язычниками. Естественно, я всегда мечтал посетить основанный Швейцером в начале 20 века в Габоне медицинский центр. Кстати, здания госпиталя были построены по его собственным проектам. Здесь проявился ещё один его талант — архитектора.

Показательно, что в жарком и влажном тропическом климате эти дома без всяких кондиционеров обеспечивают комфортные условия жизни, Как рассказывал мне племянник А. Швейцера, тоже Альберт, его знаменитый дядя часто говорил, что архитекторов, в чьих домах душно и жарко, надо сажать в тюрьмы, построенные по их проектам. Как понимаете, моя мечта побывать в мемориальном центре Швейцера осуществилась.

Габон
В Пироге. Габон 1994.

20 мая 1994 года. Ламбарене оказался прямо на моём пути. Погода в этот день совсем не благоприятствовала путешествующим. С утра зарядил дождь. Попытки переждать были напрасны — дождь лил основательный, и никаких просветов в небе не наблюдалось. Проехав под дождем 78 км, в начале седьмого сфотографировался на въезде в госпиталь, потом проехал в его историческую часть. Не сразу, но проводили к хранителю музея. Симпатичный, слегка горбатый старичок-пастор выразил восхищение, а когда понял, что я хотел бы там переночевать, послал в дирекцию к некой мадам Жаннет.

К счастью, до дирекции я не добрался, потому что встретил Драгана — молодого югославского доктора. Он тут же по радиотелефону связался с этой Жаннет и узнал, что ей сейчас не до того. Она устала, дождь… Интересно, что бы она сказала, посмотрев на меня — я под этим дождём ехал весь день. Драган предложил пока поехать к нему.

В свои 28 лет этот врач из Белграда свободно владел восемью языками, в том числе монгольским и русским. Когда я ему объяснил идею путешествия и рассказал про своё отношение к Швейцеру, к его философии, он снова отвез меня к хранителю музея и рассказал ему про меня и проект, по сути, заново представив.

Альберт Швейцер и его клиника. Габон.
У входа в историческую часть госпиталя Альберта Швейцера.

Пастор оказался племянником Швейцера, тоже Альбертом. Тут же все устроилось — мне дали комнату, и все вопросы были решены. Музей в те дни был закрыт для посетителей. Но для меня на следующий день они устроили персональную экскурсию. Втроем мы обошли весь госпиталь, мне подробно все показали и рассказали. В конце экскурсии подарили пару сувениров и попросили оставить запись в книге почетных посетителей.

Прожил в этом реально священном месте до понедельника 23 мая. Разумеется, сделал портрет пастора и ещё сколько-то взрослых и детских портретов. Неизгладимое впечатление оставили два дня, проведенные там, где до конца жизни Швейцер руководил госпиталем и одновременно продолжал заниматься философией.

Именно в Ламбарене был создан его основной философский труд — «Культура и этика», где сформулирован главный принцип этики Швейцера — «благоговение перед жизнью». Годы путешествия каждый день подтверждали для меня правильность такого подхода к жизни, естественного принятия гармонии жизни в её бесконечном разнообразии…

Владислав Кетов, художник и путешественник