Одна такая

Виктория поймала себя на мысли, что специально идёт окольным путём. Дома никто не ждал. Сегодня необычный и торжественный день: ей присвоили звание подполковника. Поднимая тост на банкете, генерал так и сказал: «Виктория Иосифовна, вы у нас такая одна!» и это было правдой. Она единственная в области женщина следователь по особо важным делам.

А вот и дом высокий, старинный, сохранивший остатки былой красоты. Почему она подполковник полиции живёт в коммунальной квартире, в таком старом доме? Конечно, при желании Вика давно могла бы переехать в район новостроек. Да и по закону ей положено ведомственное жильё. Только не по силам оставить старые стены, которые помнят родителей, их голоса и улыбки. Эту картину подарили маме пациенты, а стеллаж для книг смастерил отец. Вот он улыбается на старом фото молодой красивый в форме морского офицера.

Войдя в квартиру, она переоделась и поспешила на кухню. Поставила чайник на огонь, закурила. Столик располагался у окна, Виктория любила пить чай и смотреть во двор. Сорок девять — время подведения итогов. Вот только причин для радости нет. Неужели её удел — одиночество? Их ранний с Андреем студенческий брак закончился разводом, диагноз «бесплодие» разрушил все мечты. Есть любимый человек, Олег интересный, умный, понимающий. С ним не бывает скучно. Он хорошо её изучил, пожалуй слишком хорошо. Потому так сложно прекратить эти странные отношения. Какие могут быть перспективы у романа с женатым мужчиной?

Она сделала глубокую затяжку, выдохнула и посмотрела в окно.

Во дворе инвалид Козаченко мастерил швабры и надсадно кашлял. Соседский мальчишка, согнувшись под тяжестью ранца, уныло жевал бублик. Из парадной выскочил тощий серый кот с рваным ухом. Дом, красивый и добротный в прошлом, ветшал и разрушался: карниз осыпался, старинная лепнина скрылась под толстым слоем краски, ржавые разводы на крашеной крыше.

Вздохнув она прижала пальцы к вискам.
— Вам плохо, — спросила соседская девочка
— Нет, мне очень хорошо, — тихо ответила Виктория и плотнее запахнула кардиган.

Последний круг

Мы вышли на последний круг — так можно сказать о моих ровесниках. Невзирая на оптимизм, чувство юмора и нервную веселость понимаешь, что мы уже окончательно взрослые. За плечами уже нет старшего поколения. Теперь мы за старших. Никакой трагедии, такова жизнь.

Умные люди говорят, что с годами мы становимся сентиментальней. Возможно, что это так. Мне кажется, что я всегда был эмоциональным. Вспоминаю, что в 10-11 лет как-то и запахи были другими и дышалось иначе.

Возможно это только кажется… В школьном возрасте было, вдруг что-то встревожит, но тут же понимаешь, что завтра в школу, рядом мама, папа, дедушки, бабушки и всё ещё впереди. Сейчас такого ощущения нет. Наверное, с годами больше ценишь близких людей, настоящие родственные отношения. Всё чаще хочется назвать кого-то: мамой, папой, братом, сестрой. Я уже не говорю — бабушкой и дедушкой. Увы, это часто невозможно.

Вдруг наступает такой период, когда ты с пронзительной ясностью понимаешь это больше не повторится! Не будет больше так пахнуть весной, не будет больше этих булочек из кафе «Спартак» и девочка Света больше не ответит на записку. И не будет мама молодой и катер «Генуя» не отойдёт от пристани старенького морского вокзала. Всё. Проехали. Не повторится!

Немного утешает то, что рядом задыхаются и сбиваются с шага мои ровесники.

Отчаянно улыбаясь и бледнея лицом, мы заходим на вираж.