Из Первой тетради. 1991

Всё началось с наивного «детского» вопроса: куда придешь, если пойдешь просто вдоль берега моря? Этот вопрос возник летом 1983 года, в первой моей дальней поездке на велосипеде — из Ленинграда в Свердловск. С географией у меня всегда было неплохо, поэтому удалось мысленно представить карту мира, и открывшаяся картина просто потрясла.

Убеждён, что суметь правильно поставить вопрос важнее и труднее, чем найти на него ответ. При правильно сформулированном вопросе найти ответ — задача, по сути, уже техническая. Ход мыслей был примерно такой. С детства жила мечта о большом путешествии, и вот первая серьёзная поездка. В пути, естественно, вспоминал тех людей, чьи одиночные путешествия произвели особо сильное впечатление.

Это, прежде всего, французский врач Ален Бомбар, впервые в одиночку переплывший на маленькой надувной лодке Атлантический океан. Он поставил задачу показать, что на море люди, попавшие в чрезвычайные ситуации, гибнут в основном не от отсутствия пресной воды, пищи или специального снаряжения, а от страха и неумения себя правильно вести. Поставленную задачу Бомбар блестяще выполнил и описал всё в книге «За бортом по своей воле».

Вспомнился ещё японский путешественник Наоми Уэмура. Он первым в одиночку на ездовых собаках пересёк Гренландию, а в 1978 году достиг Северного полюса. И, наконец, Глеб Травин, который в 1929–31 годах объехал СССР вдоль границ, в том числе по северу. Большую часть пути он проделал на велосипеде.

Воспоминание о путешествии Травина спровоцировало первый, абсолютно неполиткорректный вопрос — а почему, собственно, человек должен двигаться вдоль забора? Ведь государственные границы, по сути, заборы — преграды
искусственные. На севере понятно, там граница естественная — береговая линия. Тут же следом возникла мысль, а если поехать вдоль этой естественной границы земли и воды?

Выбирать можно только из двух вариантов маршрута — море справа, или море слева. Представив упрощенную карту мира, осознал, что, двигаясь таким образом, можно единым контуром, не пересекая морей и океанов, охватить всю сушу, кроме Австралии, Антарктиды и островов. Пересечь надо лишь два канала: Суэцкий и Панамский, да Берингов пролив. Лишь этот маршрут может быть назван путешествием вокруг земли в буквальном смысле. Не очередное кругосветное, а первое путешествие действительно вокруг земли.

Тогда, в 1983 году, такой потрясающий ответ на вроде бы азбучный вопрос стал для меня истинным откровением. И следом возникла вполне объяснимая реакция на грандиозность проекта — невозможно, жизни не хватит и т. п. К слову сказать, до сих пор большинство людей при первом знакомстве с идеей проекта реагируют примерно так же. Масштабность задачи вызывает объяснимые сомнения в реальности проекта. Попытка представить путь целиком такие сомнения лишь укрепляет.

Признание невозможным — это нормальная реакция психики на всё, что не умещается в сознании. Поэтому с самого начала, доказывая реальность этого путешествия себе и другим, всегда напоминаю, что любая большая до-
рога складывается из маленьких шагов и этапов. В этом случае тоже. Для меня речь шла не о том, как объехать всю сушу. Вопрос стоял так: могу я за день проехать, например, 50 км? Могу. А на следующий день? Тоже смогу. Значит, смогу и ещё день, и ещё. Так в чём проблема?

Вообще предпочитаю не поддаваться эмоциональным опасениям, а действовать, по возможности просчитав всё, что поддаётся расчету. Поэтому переживать на тему «жизни не хватит» не стал, а решил подсчитать общую протяженность маршрута. Из справочника узнал длину береговой линии Евразии, Африки и двух Америк, сложил, получилось 220 000 км. Если считать в кругосветках, немало, — пять с лишним, но жизни определённо хватает.

Даже если продвигаться с велосипедной скоростью, по 100 км в день, достаточно 100 месяцев, или 8 с половиной лет. Интересно, что подсчеты я делал сразу после завершения того первого своего дальнего веломаршрута из Ленинграда в Свердловск. Получившийся результат стал для меня одним из признаков того, что идея путешествия не случайная догадка, а своего рода послание судьбы.

Ведь проект путешествия длиной 220 000 км возник в ходе поездки протяженностью 2 200 км. Посчитать это случайным совпадением было невозможно. И дело не только в том, что за 8 лет, прошедших от появления идеи до старта, разных знаков было ещё немало, главное — с первого момента в душе возникло и никогда уже не исчезало ощущение проекта как предназначения.

Судьба всем нам периодически посылает разного рода знаки, подсказки и каждому даёт шансы реализоваться, но мы в большинстве случаев по глухоте душевной, лености и неверию не замечаем этих знаков, не слышим шепот судьбы и пропускаем свои шансы…